?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

ЮВ пришиб Бергсоном

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ СТРАННИКОВ «ОБЩЕНИЕ»

       В разговоре с одним из Странников возникла тема, как общаться с людьми, которые не занимаются духовным развитием…
   Суть проблемы: мужчина признается в любви, а Странница не готова к серьезным отношениям. Как она понимает, что у нее нет глубокого чувства любви к этому мужчине. Вопрос заключается в том, каким образом объяснить ему данное положение и при этом не обидев его, сохранить отношения, так как он ей не безразличен.
    Проблема лежит намного глубже, чем кажется на первый взгляд…
Главное, что нас ВСЕХ объединяет, позвольте цитату из работы Бергсона:
«… Из всего того, что существует, нам наиболее достоверно и лучше всего известно, безусловно, наше собственное существование, ибо понятия, которые мы имеем о других предметах, можно считать внешними и поверхностными, тогда как самих себя мы постигаем изнутри и глубоко. Что же мы, таким образом, познаем? Каков точный смысл слова "существовать" в этом исключительном случае?
             Прежде всего, я сознаю, что перехожу от состояния к состоянию. Мне холодно или жарко, я весел или печален, я смотрю на то, что меня окружает, или думаю о другом.
         Ощущения, чувства, желания, представления - вот модификации, составляющие части нашего существования и поочередно его окрашивающие. Итак, я постоянно изменяюсь. Но это еще не все. Происходящее изменение гораздо глубже, чем казалось вначале.

     В самом деле, о каждом из своих состояний я говорю, как о чем-то цельном. Я говорю, что я меняюсь, но это изменение, на мой взгляд, есть переход от одного состояния к тому, что следует за ним; само же состояние, взятое отдельно, представляется мне неизменным в течение того времени, когда оно существует. А между тем легчайшее усилие внимания открыло бы мне, что нет ни аффекта, ни представления, ни желания, которые не менялись бы ежеминутно; если бы состояние души перестало изменяться, то длительность прекратила бы свое течение.
          Возьмем самое прочное из внутренних состояний - зрительное восприятие внешнего неподвижного предмета. Пусть предмет остается тем же самым, а я смотрю на него с одной и той же стороны, под тем же углом, в один и тот же день: все равно то, что я вижу сейчас, будет отличаться от того, что я видел только, что, хотя бы уже тем, что оно стало на мгновение старше. Здесь присутствует моя память, которая и толкает что-то из прошлого в настоящее.
        Мое состояние души, продвигаясь по дороге времени, постоянно набухает длительностью, которую оно подбирает: оно как бы лепит из самого себя снежный ком. С тем большим основанием это можно сказать о более глубоких внутренних состояниях, об ощущениях, аффектах, желаниях и т. д., не относящихся к устойчивому внешнему предмету, как в случае простого зрительного восприятия. Но нам удобнее не обращать внимания на это непрерывное изменение; мы замечаем его лишь тогда, когда оно увеличится настолько, что придаст телу новое положение и направит внимание по новому пути. Именно в этот момент мы обнаруживаем, что состояние изменилось, изменение происходит непрерывно и само состояние является уже изменением.
           Это значит, что нет существенной разницы между переходом от одного состояния к другому и пребыванием в одном и том же состоянии. Если состояние, которое "остается тем же самым", более изменчиво, чем кажется, то, напротив, переход от одного состояния к другому более, чем мы полагаем, походит на одно и то же длящееся состояние: одно беспрестанно сменяется другим. Но именно потому, что мы закрываем глаза на беспрерывное изменение каждого психологического состояния, мы и обязаны, - когда это изменение становится столь значительным, что привлекает наше внимание, - назвать его новым состоянием, появившимся рядом с предыдущим. Это новое состояние мы также считаем неизменным и т. д. до бесконечности.
             Представление о прерывности психологической жизни связано, следовательно, с тем, что наше внимание фиксирует эту жизнь в ряде отдельных актов: там, где есть лишь пологий склон, мы, следуя ломаной линии, которую образуют акты нашего внимания, видим ступени лестницы.
        Правда, наша психологическая жизнь полна непредвиденного. Всплывают тысячи случайных явлений, кажущихся оторванными от того, что им предшествовало, и не связанными с тем, что за ними следует. Но прерывность их появления становится заметной на непрерывном фоне, который их обрисовывает и которому они обязаны самими разделяющими их промежутками; это - удары литавр, раздающиеся время от времени в симфонии. Наше внимание останавливается на них, ибо они больше его затрагивают, но каждое из них приносится текучей массой всего нашего психологического существования. Каждое из них - лишь наиболее освещенная точка в подвижной сфере, охватывающей все, что мы чувствуем, думаем, желаем, - словом, все, что мы собою представляем в данный момент. Эта сфера в целом и образует в действительности наше состояние. О состояниях же, которым дается такое определение, нельзя сказать, что они являются отдельными элементами: они продолжаются одни в других в бесконечном истечении.
         Но так как наше внимание искусственно их разделило и различило, оно обязано и соединить их затем искусственной же связью. Оно придумывает, таким образом, аморфное, индифферентное, неизменное я, на него нанизываются или по нему скользят психологические состояния, возведенные в независимые сущности. Вместо текучести подвижных, переходящих друг в друга оттенков внимание замечает резкие и, так сказать, устойчивые цвета, которые рядополагаются, подобно разноцветным жемчужинам в ожерелье: тогда ему придется допустить и существование прочной нити, которая могла бы удерживать вместе эти жемчужины. Но если этот бесцветный субстрат беспрестанно окрашивается тем, что его покрывает, то в своей неопределенности он для нас как бы и не существует: ведь мы воспринимаем только окрашенное, то есть психологические состояния. По правде говоря, "субстрат" этот не является реальностью, это - простой знак, служащий для того, чтобы постоянно напоминать нашему сознанию об искусственном характере той операции, путем которой внимание рядополагает различные состояния там, где развертывается непрерывность.
       Если бы наша жизнь складывалась из отдельных состояний, синтезировать которые предстояло бы бесстрастному "я", то для нас не существовало бы длительности. Ибо "я", которое не меняется, - не длится; и психологическое состояние, остающееся тождественным самому себе, пока не сменится следующим состоянием, - также не длится. Как бы мы ни выстраивали тогда эти состояния одно возле другого на поддерживающем их "я", никогда эти неизменные тела, нанизанные на неизменное, не составят текучей длительности.
     Таким путем мы получим лишь искусственное подражание внутренней жизни, статический эквивалент, лучше удовлетворяющий требованиям логики и языка именно потому, что из него исключается реальное время. А между тем, если мы обратимся к психологической жизни, развертывающейся под покрывающими ее символами, то без труда заметим, что время и есть ее ткань.
К тому же, не бывает ткани более прочной, более субстанциальной. Ведь наша длительность не является сменяющими друг друга моментами: тогда постоянно существовало бы только настоящее, не было бы ни продолжения прошлого в настоящем, ни эволюции, ни конкретной длительности.
           Длительность - это непрерывное развитие прошлого, вбирающего в себя будущее и разбухающего по мере движения вперед. Но если прошлое растет беспрерывно, то оно и сохраняется бесконечно. Память, как мы пытались показать, не является способностью составлять перечень воспоминаний или раскладывать их по полочкам. Здесь нет ни перечня, ни полочек; здесь не существует даже, в собственном смысле слова, способности, ибо способность действует с перерывами, когда хочет или когда может, между тем как прошлое наслаивается на прошлое беспрерывно. В действительности прошлое сохраняется само собою, автоматически. Без сомнения, в любой момент оно следует за нами целиком: все, что мы чувствовали, думали, желали со времен раннего детства, все это тут - все тяготеет к настоящему, готовому к нему присоединиться, все напирает на дверь сознания, стремящегося его отстранить. Мозговой механизм для того и создан, чтобы оттеснять в бессознательное почти всю совокупность прошлого и вводить в сознание лишь то, что может осветить данную ситуацию, помочь готовящемуся действию - одним словом, привести к полезному труду.
             Лишь контрабандой удается проникать в полуоткрытую дверь другим воспоминаниям, которые являются уже как бы роскошью. Посланники бессознательного, они осведомляют нас о том, что мы, сами того не зная, влачим за собой. Но, даже и не имея об этом ясного представления, мы все же смутно чувствуем, что наше прошлое нас не покидает. В самом деле, что мы собой представляем, что такое наш характер, если не экстракт истории, прожитой нами с рождения, даже до рождения, ибо мы приносим с собою врожденные способности. Конечно, для мышления нам нужна лишь частица нашего прошлого, но желать, стремиться, действовать заставляет нас все наше прошлое, в том числе и прирожденные свойства нашей души. Таким образом, своим напором наше прошлое - как тенденция - дает нам о себе знать все целиком, хотя лишь незначительная часть его становится представлением.
         Из этого сохранения прошлого вытекает невозможность для сознания дважды пройти через одно и то же состояние. Пусть обстоятельства будут теми же, но действуют они уже не на ту же самую личность, ибо они застают ее в новый момент ее истории. Наша личность, строящаяся в каждое мгновение из накопленного опыта, постоянно меняется. Изменяясь, она не дает возможности тому или иному состоянию когда-либо повториться в глубине, даже если оно на поверхности и тождественно самому себе. Вот почему наша длительность необратима. Мы не смогли бы вновь пережить ни одной ее частицы, ибо для этого, прежде всего, нужно было бы стереть воспоминание обо всем, что последовало затем. Самое большее, мы могли бы вычеркнуть это воспоминание из нашего интеллекта, но не из нашей воли.
Таким образом, наша личность поднимается, растет, зреет постоянно. Каждый момент прибавляет нечто новое к тому, что было раньше. Более того, это не только новое, но и непредвиденное. Конечно, мое теперешнее состояние может быть объяснено тем, что до того во мне существовало и действовало на меня. Анализируя его, я не найду в нем иных элементов. Но даже сверхчеловеческий интеллект не смог бы предвидеть ту простую неделимую форму, которая сообщает этим абстрактным элементам их конкретную организацию. Ведь предвидеть - значит проецировать в будущее то, что было воспринято в прошлом, или представлять себе в дальнейшем новое соединение, в ином порядке, уже воспринятых элементов.
           То же, что не разлагается на элементы и что никогда не было воспринято, по необходимости является непредвидимым. А таковым и будет каждое из наших состояний, рассматриваемое как момент развертывающейся истории: оно является простым и не могло быть когда-либо воспринятым, ибо соединяет в своей неделимости и воспринятое прежде, и то, что прибавляет настоящее. Это - оригинальный момент не менее оригинальной истории.
        Вот готовый портрет. Он находит свое объяснение в модели, в характере художника, в красках, нанесенных на палитру. Но, обладая знанием всего, что дает ему объяснение, никто, даже сам художник, не мог бы точно предсказать, чем будет этот портрет, ибо предсказать это - значило бы создать его прежде, чем он был создан: нелепая, сама себя разрушающая гипотеза.
    …"существовать", и мы находим, что для сознательного существа это значит изменяться; изменяться - значит созревать, созревать же - это бесконечно созидать самого себя. Можно ли сказать то же самое о существовании вообще?
   … последовательность - факт неоспоримый, даже в материальном мире. Рассуждая об отдельных системах, мы можем сколько угодно предполагать, что прошлая, настоящая и будущая история каждой из них может быть развернута сразу, подобно вееру: но история эта все же будет развертываться постепенно, как будто ее длительность была аналогична нашей.
         Если я хочу приготовить себе стакан подслащенной воды, то, что бы я ни делал, мне придется ждать, пока сахар растает. Этот незначительный факт очень поучителен. Ибо время, которое я трачу на ожидание, - уже не то математическое время, которое могло бы быть приложено ко всей истории материального мира, если бы она вдруг развернулась в пространстве. Оно совпадает с моим нетерпением, то есть с известной частью моей длительности, которую нельзя произвольно удлинить или сократить. Это уже не область мысли, но область переживания. Это уже не отношение; это принадлежит к абсолютному. Что это может означать, как не то, что стакан воды, сахар и процесс растворения сахара в воде являются только абстракциями и что Целое, из которого они были выделены моими чувствами и моим разумом, развивается, быть может, тем же способом, что и сознание.»
  Думаю, что каждый может представить реакцию обывателя на попытку Вашего объяснения в данном контексте…
Здесь возникает друга опасность, так называемая «луза для дураков». Установлено, что если в компании есть человек, который по своим умственным способностям, по своему развитию ниже уровня остальных, то ВСЕ переходят на его уровень, чтобы общаться.
    Мы понимаем, что каждый создает и находится в своей Реальности, в зависимости от своего восприятия Мира, которое обусловлено характером, способностями. Чувствами и другими аспектами. Отсюда и понимание, что не мы в Миру, а Мир в нас. Естественно, есть точки пересечения Реальностей, правда их становится катастрофически мало с Вашим развитием.
  Люди жили веками, полагая, что Земля плоская. В настоящее время 30 процентов населения России не знает, что Луна- спутник Земли. Я уж не говорю о тех иллюзиях, в которых пребывает большинство людей.
Христос говорил о жителях Иерусалима, «не ведают, что творят». Смысл – они не задумывались, не осмысляли свои действия, факты. Маленький пример: обратилась клиентка по проблемам здоровья, в том числе у нее не работала одна почка 14 лет. Через некоторое время она стала жаловаться на возникновение боли в боку, где была неработающая почка. Обратившись к врачу и проведя обследование ей сказали, что почка «почему-то стала работать, но недостаточно хорошо». Вы думаете клиентка сопоставила болевой синдром и восстановление работы почки? Вы думаете она УДИВИЛАСЬ, что почка стала работать. Ничего подобного, она ДАЖЕ об этом не стала и думать.
   НО, как сказала Странница, мы же живем в окружении ЭТИХ людей, среди них- наши знакомые, друзья, близкие..
   Можно ответить, что у большинства Странников. есть родителя, дети, внуки и мы спокойно с ними общаемся, учитывая ИХ Реальности. Мы. участники игры Пилигрим, понимая вышеизложенное, не спорим с людьми, это не наша задача их переучивать, можно помочь человеку, не вступая с ним в споры о тонкостях Нашего Мира, тем более их интересует РЕЗУЛЬТАТ.
   Что касается проблемы, с которой мы начали…
    Ошибка большинства в том, что они считают, что они любят, что у них есть Любовь к кому-то. Любовь- это состояние. Мы можем данный факт осознавать или нет. Нельзя ИМЕТЬ реку Волга, в нее можно войти… Другой вопрос: - как глубоко вы вошли, и где ваш суженый. Понятно, изменяя расстояние между вами, вы изменяете интенсивность чувств.
    Приношу извинения перед Странниками за упрощенный подход к данной теме, но еще не все Странники имеют подготовку к ПОНИМАЮ на уровне структур Души и Духа, не все еще имеют возможность выйти на 3-5 уровень БЫТИЯ.
Удачи, Ваш ПИЛИГРИМ.
 
promo av_strannik апрель 19, 2013 08:20 14
Buy for 50 tokens
Иду домой, у дверей квартиры стоит стол. У нас в доме магазин ликвидируется, они выбросили, а жена подобрала, на дачу. - Там у подъезда еще два столика стоит, но этот самый приличный. - Нет там столиков. - Значит, уже утащили. Это было вчера вечером. А сегодня утром жена снова увидала эти…

Latest Month

February 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow